Практиканты. Глава третья

— Знаете  что, — сказал Петр Иванович на следующее утро. У нас в поле очень много работы и без вашей помощи нам не обойтись. Вы должны знать, это так говорится — в поле ,а на самом деле — в тайге или там пустыне. Там нет ни клубов, ни магазинов, ни отца с матерью. Не пугаю я вас, но должен предупредить ,и очень серьезно, что вы там должны относиться ко всему внимательно и осторожно, особенно первое время и всегда. Вот тут у меня сидит бывалый товарищ, -начальник повернулся к сидяшему рядом с ним пожилому гражданину,-Сергей Петрович, Коротаев по фамилии. Не впервой ему наставлять вашего брата. Забирай их куда-нибудь и хорошенько проинструктируй, а я потом побеседую с вами и определю кого куда, возможно, даже сегодня. Так что доустраивайте свои дела, деньги и документы ко мне в сейф, пишите письма и что там еще. Пока все у меня, после обеда жду.

Ребята и Сергей Петрович вышли на крыльцо.

— Эх, благодать какая, — Сергей Петрович зевнул и с наслаждением потянулся. — Тепло-то как вроде рановато еще.  Ну где вы там устроились, пойдемте к вам, там и поговорим.

Вошли в палатку и удобно там разместились. Сергей Петрович уселся на ящик у входа и начал рассказывать о том, как нужно вести себя и действовать в условиях полевой работы. Видно было, что он досконально знает, о чем говорит. Конечно, Генка и его друзья читали и изучали многое из того, что говорилось, во время учебы, но сейчас перед ними сидел человек, для  которого жизнь в тайге была  открытой книгой и который попадал в ситуации, не предусмотренные ни в одном учебнике.

— Я еще до войны, — говорил Сергей Петрович, — да какое там до войны, до революции еще, мальчишкой, бегал в тайгу. Жизнь трудная была, нас было восемь у батьки, сам-то болел под конец, а я старший. И соболей выкуривал, и белку бил, и шишки кедровые собирал, а клюкву с младшими так прямо возами возили. А сейчас что не жить.Техника такая, вертолеты, рации, вездеходы. Но все равно ухо востро держать надо. Матушка-тайга она такая. Губошлепа да растеряху скоро приберет. В общем, как я сказал, одни далеко не забредайте, чтоб все время на глазах были. Последнее время, слава богу, тьфу-тьфу, ничего такого не слыхать. А вообще, по моему понятию, все эти приключения да блуждания о том лишь говорят, что начальник там лопух, гнать его надо и организация дела пакостная, так скажу. Ну спрашивайте, что нужно, если что знаю — скажу ,не знаю — спрошу, только спрашивать не приходилось, ха-ха. — Сергей Петрович посмеялся, достал из кармана кисет, свернул самокрутку и едкий  вонючий  дым  самосада вмиг заполнил палатку. Генка поморщился и даже  курящие Славка и Сашка запокашливали.

— Ох, простите, ребятки, — Сергей Петрович вышел из палатки, — наговорился я с вами, забылся даже. Только в тайге, — он постучал по кисету, который держал в руке, — с этим полегче. Комара там необоримая сила, а мазанья эти — рипудином это и еще какая-то мазь есть — не очень помогают, а как дымнешь, так мессершмиты эти и отлетают.

— Сергей Петрович, — это Игорь спросил, — а вы, а вам приходилось бывать на фронте?

— Мне, — бывалый таежник кашлянул и маленькие глазки его кольнули Игоря, — а что ты об этом спрашиваешь?

— Да так, батя мой на фронте погиб, уже из Германии похоронку прислали.

-А-а, ну тогда извини. Нет, ребятки ,не довелось мне там побывать. Здесь бригада была и я в ней: соболя, куницу, белку добывали, а летом на озерах рыбу заготавливали и все на  фронт, на фронт. Тоже тяжко приходилось, спали совсем немножко. Молодые были, все вынесли. А двое братьев моих меньших там остались, на войне проклятой,  да-а…

Сергей Петрович спохватился и зажег погасшую самокрутку. — Ну ладно, пойду я, старуха моя, поди уж заждалась ,я-то на пенсии уже, вот уж пять годков. Да, — повернулся он к Славке- вот еще. Вот идешь ты по тайге, налегке идешь, ни ружья у тебя, ни скажем, топора, идешь, а тебе медведь навстречу, что будешь делать?

— Что делать, — Славка заулыбался, — убегу, наверно или на сосну залезу.

— Ха, убежишь, он лошадь догонит, А как ты ногу на сосну закинешь, так он тебя и стащит. Нет, тут не так делать надо. Вот идет он на тебя, а ты помаленечку пяться назад и приседай. Руку тяни к заднице, а как медведь подойдет совсем близко, ты швырни ему прямо в глаза жидким дерьмом, вот тогда и беги.

— А где дерьма-то взять?

— Об этом не беспокойся, так наложишь ,не на одного медведя хватит, ха-ха. Хорошо мне с вами, ребятки, я уж буду приходить когда реденько. До свидания.

— До свидания, Сергей Петрович, приходите в любое время.

Старик ушел.

После обеда опять собрались у Петра Иваныча. Он сидел не один, в кабинете находились еще два человека, один из них в летной форме. К нему и обратился Петр Иванович:

— Вот, Сережа ,возьмешь с собой на точку, — он поглядел на лист перед собой -Синютина и Шершнева. Идите в палатку и собирайтесь, возьмете белье, мыло, полог, все, что нужно. Сережа, проследи .Идите.

-Так, с этими ясно. А вы ,-Петр Иванович снова покосился на лист, — Прохоров и Кузьмин, проследуете с Михаилом Дмитриевичем на продовольственный склад. Туда сейчас машина должна подъехать, загрузите ее и поедете на аэродром. Там продукты перегрузите в вертолет и полетите на факторию. Вот эту, — ткнул он пальцем в развернутую на столе карту. — Проверь еще, Михаил Дмитрич, не подмочена ли вермишель.

— Ну а  ты, — Петр Иванович переключил внимание на оставшегося в одиночестве Генку,- побудешь пока здесь. Поможешь навести порядок в камеральном хозяйстве. Сейчас иди в девятый кабинет, я предупредил, тебя там ждут .Постой, — сказал он, когда Генка уже взялся за дверную ручку,-ты же один остался, не забоишься ночью-то в палатке? Это не дело.

— Да я ничего, Петр Иваныч, — промямлил Генка, но начальник не слушал. Он вышел из-за стола, прошел к окну и покачался на носках. — Да, не дело это, ты же никого не знаешь здесь. Вот что. Иди в девятый кабинет, а к вечеру к тебе придет Сергей Петрович. У бабки внуки взрослые гостят, а он придет. Кадит он, правда, как паровоз, но это ничего, потерпишь. Ну все, ступай.