О напитках

Моя бабушка Аксинья, впрочем, как и многие ее ровесницы того времени, была большая мастерица по части приготовления разных напитков. Все теплое время года наша семья и иногда появлявшиеся гости пили квас ее изготовления. О, какой это был чудесный квас, с очень тонким привкусом брусники, смородины, вишни, других ягод и фруктов и чего-то непонятного, но также приятного и сладостного. У этого кваса был один недостаток, его нельзя было долго хранить, уже на другой день он был, хотя и вполне хорош, но что-то заметно утрачивал. Возможно, в холодильнике он сохранился бы и подольше, но тогда холодильников ни у кого не было.

Квас – это исконный русский напиток, культура его производства давно известна и опробована и часто он, разлитый в пластиковые баллоны, бывает вполне хорош и может храниться в холодильнике без особого ущерба хоть две недели.

Иногда бабушке приходила в голову фантазия побаловать семью специально приготовленным чаем на травах, которые она знала очень хорошо и научилась этому, по ее словам, от своей бабушки, которая жила в пушкинские времена. Да и сама моя бабушка, родившаяся в 1881-м году, два года жила под одним солнцем с лицейским однокашником Пушкина Александром Горчаковым.

Современные напитки, минеральную воду, лимонады, соки, другие, надо выбирать осторожно, сплошная подделка. Впрочем, основную свою роль они выполняют, жажду утоляют, а чтобы чувствовать аромат, тонкий вкус, это наши и зарубежные производители для основного народа  давно считают блажью. Растворимый кофе и чай, которые продают в наших торговых точках, также качества очень и очень низкого. Лишь те, которые покупали их  лет тридцать назад и больше, еще помнят вкус настоящего продукта. Причем кофе, который показывают в рекламе в мешках страны-изготовителя, надо думать, качественный. Вот он попал в расфасовочный цех и тут начинается таинство. Его смешивают с различными ингредиентами в сочетании не меньше как один к четырем, поэтому его стоило бы продавать, как минимум, в два-три раза дешевле, но продают, как за полноценный натуральный продукт, в этом он схож с колбасой или пивом, о котором ниже поподробнее. Впрочем, откровенно скверный вкус у него бывает редко и жажду он утоляет вполне удовлетворительно.

А вот молоко, расфасованное в пакеты, на мой взгляд, заметно уступает по вкусу и качеству, тому, что мы пили в середине прошлого века, когда коров не держали только в крупных городах. Сейчас же, когда обстановка изменилась, иначе, очевидно, нельзя, и молоко в пакетах вполне годится  для  употребления. Желающие  сравнить при случае могут попасть в глубинку и попробовать, еще можно, хотя и не так свободно, как раньше, найти владельцев буренки.

Что касается пива, то его, можно сказать, просто нет. То, что продается, чаще всего, в полуторалитровых пластиковых баллонах, настоящим пивом не является. Молодежь уже не знает, а люди среднего поколения еще захватили пиво, продающееся в дубовых бочках. Бочки эти были в среднем столитровой емкости, иногда поменьше, чаще побольше, вот это было действительно пиво, натуральное, хмельное и ароматное. Часто бывали скандалы из-за того, что недобросовестные продавцы в целях наживы разводили его водой, ведро или два на бочку, любители пива со стажем тонко чувствовали даже небольшую примесь, но сейчас я с большим удовольствием выпил бы такое разведенное пиво, чем современное.

Дело в том, что свой градус 4-5% для светлых сортов или 8-9% и больше для крепкого пива оно должно набрать само, в процессе брожения и только тогда разливаться по бочкам и бутылкам. Работники пивзаводов могли довести градус крепости до 15-20%, что сравнимо с крепостью красного вина .Такое пиво дает много пены,что само по себе является признаком качества. Где-то я читал, что чешские пивовары доводят свою продукцию до 30%, возможно, они и могут это сделать.

А пиво, которое производится сейчас, ему дают набрать от одного до полутора градусов, и смешивают со спиртом. Это очень просто, быстро, дешево и примитивно. Получается продукт с неприятным послевкусием, пены не дает нисколько, между тем цены на него, как за настоящий качественный продукт. Молодежь, которая не нюхала настоящего пива, за неимением другого, потребляет то, что есть, и возможно, что-то в нем находит.

О пиве, которое продается в бутылках, можно сказать то же самое, из одной ведь емкости наливается. Баночное пиво, по определению хуже из-за наличия в нем консервантов, но там, где его богатый выбор, в том числе и зарубежных, можно отыскать сорт ,который может понравиться. Надо сказать, что продается еще так называемое разливное пиво. Цена у него вполне приемлемая и качество получше, но до настоящего бочкового оно явно не достает.

Говорят, очень хороши грузинские вина. Мои друзья и знакомые, бывавшие или отдыхавшие там в советское время, отзывались о них с натуральным восторгом.К сожалению, эти вина очень нежные и не переносят длительной перевозки. От сотрясения и взбалтывания оно просто теряет свои вкусовые качества и то, что находилось на прилавках, не давало никакого сходства с начальным составом. Тем не менее оно было и продавалось.

Работал я после армии на своей станции осмотрщиком вагонов, дело было в начале 1968-го года. Со стороны запада прибыл товарный железнодорожный состав, который надо было проверить и осмотреть. Я обошел свою часть состава и возвращался по другой стороне. В составе поезда находился вагон, который арендовали кавказцы, скорее всего грузины, и этот большой крытый вагон был нагружен бочками с вином, которые направлялись, как я позднее узнал, в Красноярск. Когда я проходил мимо этого вагона, из него выпрыгнул один из сопровождающих, молодой мужчина, но уже грузный и пузатый. Из рук у него выпал большой грязный мешок.На соседнем пути стоял состав из полувагонов, груженых углем  и мужчина хотел набрать с него мешок угля, чтобы топить печку-буржуйку, стоявшую в отгороженном углу ихнего вагона. Ему трудно было залезть на вагон, к тому же не хотелось пачкаться, поэтому он попросил меня: — Слюшай, пжалста, накидай мешок угля, — он  указал на вагон поднятой рукой,- стакан вина пить будэш. Поблизости никого не было, на выходном светофоре горел красный огонь, и я подумал: — А почему бы и нет?

Я залез на полувагон с углем, причем уголь был очень хороший, крупные блестящие куски, настоящий антрацит, накидал как раз на полный мешок, потом спустился и помог его погрузить в вагон. Внутренность вагона была заставлена деревянными бочками с вином, бочки на вид такие же, как и из-под пива, примерно десятиведерные и стояли в три яруса. Возле самых дверей стояла такая же открытая бочка, расхожая, из нее наливали, рассчитываясь по ходу проезда за самые разнообразные услуги.

Молодой грузин почерпнул кружку из бочки и протянул было ее мне, но услышал замечание своего напарника. То был старый седоусый мужчина, но стройный и даже тонкий в талии. Он посмотрел уголь в мешке, убедился в его отменном качестве и что-то сказал по-своему. Молодой вылил из кружки вино в бочку, а затем подошел, там у них был отгорожен закуток, что-то вроде комнаты, двухярусные нары, тумбочка, печка-буржуйка и столик. На столике стоял бочонок, примерно трехведерный, настоящее произведение искусства.Три широких блестящих обруча, один из них, посредине, немного поуже других, на них тонкая  чеканка, изящный  краник внизу и сам бочонок, пузатый и веселого  золотистого цвета.

Молодой открыл краник, подставил кружку и наполнил ее, затем подошел к дверям, нагнулся и подал мне кружку:  — Давай пей, пока никого нет.

Скажу, что никогда больше, ни до, ни после этого, мне не приходилось пить подобного вина. Мне просто не с чем сравнивать. Вкусное, ароматное, с невыразимо приятным ощущением после произведенных глотков. И вскоре пришло такое чудесное настроение, бодрость духа, ну просто небо в алмазах. Я боялся,что напарники обратят внимание,что я под неким кайфом, но никто ничего не заметил. Я разговаривал с сослуживцами, отвечал на вопросы, прошла только половина смены. Такое настроение сопровождало меня до самого отхода ко сну. Можно только позавидовать грузинам и их соседям, а также французам, испанцам и кому там еще, что они свободно могут пить такое вино.

Еще в 80-е годы в магазинах был большой выбор красного вина. Качества везде оно было, скажем так, весьма среднего, зато оно было дешево и разнообразно, был портвейн, много сортов, вермут, ликеры, наливки, настойки, аперитивы, просто глаза разбегались. Работало множество местных заводов, некоторые из них старались держать марку. Много такого вина поставляли союзные республики, а также Болгария и Венгрия. Это вино, как правило, содержало крепость от 17 до 22 процентов и были сорта очень даже неплохие. Сейчас же, в середине 10-х годов, по крайней мере в Сибири, не могу сказать, как в других местах, но, надо думать, точно так же – из всего такого богатства продается только один сорт – портвейн 777. Раньше такой портвейн был весьма хорош и имел не меньше 18 градусов, сейчас же в нем, на западный манер, указано на этикетке -10-12 %. Вкус же просто отвратительный.

Самое дешевое вино во времена Хрущева  стоило 92 копейки. Это плодово-ягодное вино, называли его и плодово-выгодным, и хрущевкой. Как его производили, лучше не объяснять, оно всегда было в изобилии, примерно столько же стоило  и яблочное вино, очень скверное и вонючее. Одно время дешевле этого было алжирское вино, очень темное, почти черного цвета, немного приличнее на вкус и крепостью около 15%, стоило оно 87 копеек. Хрущев тогда некоторое время заигрывал с Алжиром, даже присвоил звание Героя Советского Союза тогдашнему президенту Ахмеду бен Белла, который впоследствии у себя расстреливал коммунистов. Давно это было. Красное вино, кстати, дорожало заметно реже.

Было вино и по 1 рублю 02 копейки, и по 1 рублю 07 копеек, и по 1 рублю 17 копеек, и по 1 рублю 32 копейки, редко зашкаливало за полуторарублевый рубеж, но попозже разное такое вино стали разливать в бутылки емкостью в 0,7 и 0,8 литра, последние были из толстого стекла и их часто называли  «огнетушителями». А во время, скорее всего, позднего Брежнева, стали продавать красное вино в трехлитровых банках. Я брал одну такую банку, в ней был портвейн, но не три семерки, а какой-то другой номер. Цену я запомнил, 5рублей 40 копеек, получается вроде как по 90 копеек за поллитра, но туда же вошла стоимость тары с разливом и упаковкой.

Долгое время мне было любопытно, что это за штука такая – виски, и с чем его едят. Случай однажды представился. Когда я был в Тюмени у приятеля, к нему в это же время зашел  его сосед по лестничной площадке. Был он летчиком, имел звание подполковника и вернулся из очередной заграничной командировки. Короче, он распечатал бутылку на вид побольше  литровой, и разлил по стаканам. На этикетке  был изображен  добродушно улыбающийся джентльмен с закрученными вверх усами. Так вот, на вкус это это самый настоящий самогон, причем у наших мастеров можно найти гораздо более приятный продукт и дешевле раз в двадцать. Я был просто потрясен, когда увидел ценник в фирменном  магазине, не помню, как на тот момент, сейчас же, в 2015-м году, бутылка емкостью,0,7 литра, подороже 1700 рублей. Текила, по слухам, такая же дрянь. Выпендреж и престиж и ничего больше.

Так же, в похожей компании, довелось попробовать и коньяк «Наполеон». У настоящего французского коньяка вкус, надо думать, оригинальный и замечательный, а мы на тот момент пили польскую подделку, в глотке даже саднило. Я внимательно рассматривал этикетку, она была фирменной, соглашался с хозяином, что продукт тоже фирменный, зачем огорчать  хорошего человека. Во Франции коньячный спирт несколько лет  выдерживают в дубовых бочках, наши же неудобные братья поляки под давлением прогоняют несколько раз какой уж у них там спирт сквозь дубовые опилки.

Так же на российский рынок попадала алкогольная продукция из многих других стран. Хороша была польская водка «Выборова», которую легко можно было купить в 1973 – 1974-м годах, по крайней мере, в нашей местности. До этого приходилось пробовать водку, тоже очень хорошую, китайскую, называлась она «Великая китайская стена» и на этикетке был изображен кусок этой стены. Финская водка, которая одно время встречалась после провала горбачевского указа, была заметно хуже, но вполне терпимой. А раз пропустили в страну партию или вьетнамской или корейской водки, скорее всего второе, вот это была гадость и называлась она  «Самбэк». -Самбэк – глаза в разбег, — приговаривали мужики после натужных глотков. Даже бутылки были неаккуратные, неровная бугристая поверхность.

Когда горбачевская затея со внедрением насильственной трезвости потерпела крах, пострадавшая ликеро-водочная промышленность не могла сразу удовлетворить все запросы и в страну ввозили импортную продукцию, немецкую водку, очень жесткую и противную, голландский спирт «Ройал», причем там даже не подозревали, что такое можно пить. Но постепенно ситуация выправлялась и через два-три года о пережитом стали забывать, как о чем-то кошмарном. А в настоящее время за не такую уж дорогую цену можно приобрести вполне приличный продукт.

Ни разу не довелось даже  увидеть  шведскую водку  «Абсолют», думаю, что чересчур  уж восторженные отзывы о ней просто реклама.

Маленькая Болгария около двух лет поставляла вино в Россию, собственно, поставляет его она все время, но в эти два года она особенно напряглась, где-то в конце 70-х, болгарское вино наводнило всю Россию, а возможно, и другие республики. Наверное, небывалый урожай винограда случился у них в то время. Гладкие, ровные бутылки емкостью 0,7 литра, а в них хорошее вино «Варна», «Бисер», «Славянка», «Тырново», другие. Но мне больше других нравилось венгерское вино «Токайское», встречалось оно довольно редко.

Есть такой автор – Юрий Бригадир и у него есть замечательная повесть, называется она «Мезенцефалон». Такое вот непонятное название, но пишет он в основном о своем алкогольном прошлом, не щадя себя и относясь к предмету своего увлечения с полным знанием дела. Все он пробовал, от коньяка высших марок до растворенной в воде зубной пасты.

Почти все в его описаниях мне знакомо, хотя я никогда не пробовал ничего экзотического – одеколона, лосьона, денатурата, политуры, клея и т. п. Но среди друзей и знакомых были и такие, которые все это употребляли. Я даже могу вспомнить, чего нет в этой очень полной и содержательной на этот счет  книге. При Горбачеве, пусть ему икнется, ничего, если даже не очень легко, некоторые мои знакомые делали то, о чем там не описано. Они ели сапожный крем, мазали его на кусок хлеба, вместо масла, накрывали его другим таким же куском и съедали. Ясное дело, какой-то эффект ощущался, иначе такого бы не было. Какой же, надо думать, черный стул у них был после этого. Еще Юрий упустил один момент, как надо правильно очистить клей БФ. Действительно, в дрель зажимали кусок проволоки, опускали ее конец в посуду и дрель включали. Но на проволоку перед этим наматывали вату или кусочек ткани и только тогда включали, на голую проволоку мало чего налипало.

Юрий Бригадир хорошо помнит все цены на водку. Я постарше его и тоже хочу кое-что вспомнить, пусть даже кое-где и повторюсь. После войны водка продавалась в бочках, оттуда продавцы черпали и наливали ее стандартными черпаками в литр, поллитра, были и по-меньше, помещения, где это происходило, обычно назывались павильонами. Об этом я мало знаю, в бутылках, скорее всего, тоже продавалась, а вот после денежной реформы 1947-го года самая ходовая водка, других я и не видел, стоила теми деньгами 21 рубль 20 копеек. Пустая бутылка стоила 1 рубль 20 копеек. По воспоминаниям старших, водка из бочек была заметно дешевле. Оно и понятно, стоимость тары, амортизация оборудования, промышленных линий по разливу, другое подобное… Даже запечатана такая бутылка была не так просто. Горлышко было закупорено настоящей пробкой, из пробкового дерева, и сверху еще залито сургучом, на котором выдавливался штамп завода-изготовителя. Требовалось сначала оббить сургуч, а потом прибегнуть к помощи штопора, очень ходового инструмента в то время.

Был в ходу тогда глупенький анекдот. Милиционер подходит к лежащему в кустах мужчине и спрашивает, в чем дело. — Машина меня сбила, начальник. —  А номер не помнишь? – Как же, конечно, помню, 21-20.

По малости лет, такую водку я не пробовал. Но конечно, эта же самая водка стала стоить ближе к концу 50-х  25 рублей 20 копеек и 28 рублей 70 копеек. После денежной реформы 1961-го года водка стала стоить 2 рубля 52 копейки и 2 рубля 87 копеек. Водка по 2 рубля 52 копейки исчезла года через 2-3, а водка по 2 рубля 87 копеек была, пожалуй, до конца 70-х. Вообще-то, целое десятилетие, примерно, с середины 60-х и далее, в свободной продаже было три самых популярных образца, это водка по 2 рубля 87 копеек, название у ней было весьма  примечательное – «Московская особая», потом  «Столичная » по 3 рубля 07 копейки, на ней было изображено высотное здание какой-то гостиницы, и «Российская» по 3 рубля 12 копеек и цена у них все это время не менялась. Встречались, хотя и реже, другие названия — «Адмиралтейская», «Юбилейная», «Старка», « Горный дубняк», «Зубровка», «Посольская», «Петровская», «Русская», «Охотничья» и тому подобное. У некоторых  крепость достигала 45%. Иногда они были подороже, но ненамного, копеек на 30-50. Качество всех этих водок до перестройки всегда было стандартно высокое.

Чаще всего на полках стояла водка  «Московская особая». Так же в постоянной продаже были плавленые сырки, по 11 и по 14 копеек. На три рубля можно было купить бутылку с закуской. Сдачи две копейки обычно никто не требовал, также и продавец не ворчал из-за недостачи  одной  копейки. Выпить или опохмелиться в то время можно было и с одним рублем, я и сам, когда после армии несколько лет жил в городе, прибегал к такому способу. Подойдешь, бывало, к гастроному, а там на крыльце стоит мужчина и высовывает из под полы плаща, пиджака или пальто один или два пальца. Для посвященных понятно, что идет процесс, который называется «сообразить на троих». Если никого нет, сам стаешь на крыльце и высовываешь палец. Никогда долго ждать не приходилось. Собрались трое, совершенно  незнакомые, у каждого  по рублю, складываются и приобретают искомое, во многих магазинах были столики, за которыми можно было стоять. Смотришь – за соседним столиком образовалась такая же компания. Выпивка, разговоры, некоторые становились хорошими знакомыми. Проще было,если в кармане наскребывалось полтора рубля, на них можно было купить четвертинку водки, или чекушку, стоила она 1 рубль 49 копеек. Стоит отметить, как уважительно тогда относились к копейке. Округления встречались редко, например, в это же время можно было встретить в магазинах водку, которая называлась «Отборная» и стоила ровно три рубля.

После этого цена на водку повышалась каждые несколько лет, что вызывало большое раздражение в народе. Неэффективное развитие экономики и поддержка разного рода национально-освободительных  движений, компартий в странах  Запада и вообще  всесветной шушеры вынуждали прибегать к подобным действиям, чтобы хоть немного связать концы с концами. Стало выпускаться два ходовых сорта водки по цене 3 рубля 62 копейки и 4 рубля 12 копеек.

Они уже не имели определенных названий, печаталось просто «Водка», но иногда называлось «Экстра». Наш талантливый народ сразу придумал расшифровку такого названия – Эх, Как Стало Трудно Русскому Алкоголику», и даже обратный вариант – «А Раз Так – Самогон Крепче, Экономней».

Следующие два сорта составляли цену 5 рублей 30 копеек и 6 рублей 20 копеек. После этого стал известен такой стишок:

Водка стоит пять рублей,

Хочешь-нюхай, хочешь-пей.

Если будет стоить восемь –

Все-равно мы пить не бросим.

Передайте Ильичу –

Нам десятка по плечу.

Будет стоить двадцать пять –

Будем Зимний брать опять.

 

Это было уже при Андропове. Он здорово взялся за порядок и дисциплину на предприятиях и в стране, но и наиболее популярная водка при нем стала стоить 4 рубля 70копеек .Ноль в конце цифры означает, что стоимость  пустой бутылки стала 20 копеек. Эта водка  имела зеленоватый оттенок и называли ее, естественно, «андроповкой». Так же ходил анекдот не менее глупый:

Жене надоел пьяный муж, валявшийся на полу, она вызвала милицию. Когда те прибыли, она толкает мужа: — Вставай, за тобой «андропики» приехали. Так милиционеры забрали не мужа, а жену.

Тут к месту вспомнить еще один анекдот:

При Хрущеве и Брежневе уже не тратились на сургуч и пробку, а накрывали горлышко бутылки кусочком картона и обжимали кружком из тонкой алюминиевой полоски. Потом придумали делать кружок не круглый, а с выступающим язычком вроде козырька с одной стороны, потянув за который, бутылка распечатывалась.

Кому-то это показалось излишним, и в целях экономии от язычка отказались. Брежневу пришло письмо от трудящихся с просьбой язычок этот восстановить, а то неудобно открывать бутылку. Брежнев дал такое указание, потом подошел к холодильнику, достал оттуда бутылку, и свинчивая пробку на резьбе, подумал – «А на хрена тут какой-то язычок».

Стоила водка и ровно 10 рублей, а во времена действия горбачевского указа я никогда не давился в очередях, лишь со стороны наблюдал это издевательство над народом.

Юрий Бригадир описывает, как любители выпить ожидали открытия отдела или времени – продажа водки разрешалась с одиннадцати часов. Такое возникло не сразу, а так сказать, поэтапно. В один не такой уж прекрасный день ею начали торговать с девяти часов, спустя какое-то время – с десяти, а потом да, с одиннадцати. Перед указом вообще торговля водкой начиналась с двух часов, после обеда.

Помаявшись в очереди несколько часов,человек подходил к прилавку и брал не одну бутылку, как он обычно делал раньше, а на все, что у него было, чтобы не стоять лишний раз. Понятно, что не всегда таким образом  приобретенная  водка сберегалась к подходящему случаю, а выпивалась дополнительно к существующей ранее норме.

Водка, как известно, 40%-ный водный раствор этилового спирта, С2Н5ОН, т.е постоянное химическое соединение, а названий, сортов, различных этикеток тысячи. На самом деле они разнятся сотыми долями грамма ароматического вещества, придающими привкус смородины, рябины, брусники и т. п. Еще вода должна была быть как можно более чистая. В Исландии, например, использовали воду из глубинных ледников, существовавших сотни лет.

Коллекционер таких этикеток может разделить их по сериям, возьмем ,к примеру, персонажи. Есть этикетки, на которых изображен Горбачев, Путин, Брынцалов, Жириновский, Немцов, многие другие, я встречал такую, где изображен молодой Владимир Винокур, портрет, ниже крупными буквами ВИНОКУР, а в самом низу напечатано —  «водка запевай», с наклонной буквой  «е» в слове. Популярны были и герои прошлого, Распутин, Суворов, Пушкин, Петр I, Александр Невский и даже Илья Муромец.

Положение резко, даже слишком резко ухудшилось после того, как свернули водочную монополию. Стали производить водку в подвалах, технический, древесный и вообще непонятно какой спирт, ржавая вода, люди стали травиться, на эту тему можно написать очень много.

Еще один момент. Когда с водкой были трудности, на свадьбу или похороны во многих местах все же разрешалось выдать водки один ящик, т. е. двадцать бутылок. Это почему-то не было известно, и населению в таком случае бутылок доставалось только десять, остальные оставляла себе администрация, у которых, надо думать, приобретение водки не было такой проблемой, как у всех остальных. Были, конечно, и справедливые администраторы.

В 1992-м году цены на все товары и услуги не просто росли вверх, а можно сказать, бежали, даже взлетали. Конечно, росла и зарплата, но она несколько отставала. Я два месяца находился в тюменской больнице, сравнить цены хоть той же водки. Когда я поступил туда, цена бутылки составляла 130 рублей, когда же выписывался оттуда – 300. К 1997-му году, когда было принято решение убрать со всех купюр три ноля с переоценкой всего и со всем этому  сопутствующим, цена водки составляла от 8 до 10 тысяч рублей, тогда же стала стоить 8-10 рублей и мы видим, сколько она стоит сейчас. Да, и такое пришлось пережить. И надо сказать, сейчас гораздо проще стало приобрести продукт неплохого качества.